Tag

Ив Сен-Лоран Archivi - Linda Bajàre

ИСКУССТВО ВНЕ МУЗЕЕВ

Часть I

 

Вам не обязательно ходить в музеи, чтобы испытать эмоции, передаваемые искусством, потому что они включаются в нашу повседневную жизнь.

Искусство постоянно с нами, она в повседневной одежде, ​​в предметах дизайна, украшающих наши дома, и в футуристической архитектуре городов.

Границы между различными сферами разрушились, постоянно развиваются взаимные влияния: искусство предлагает уникальный вклад практически во все дисциплины, вдохновляя различных личностей, таких как архитекторов, дизайнеров, стилистов, графических дизайнеров и рекламодателей.

Использование прошлого или современного искусства способствует рождению уникальных и оригинальных творений, просто подумайте о целях, достигнутых дизайном: баланс между функциональностью и красотой приближает и все чаще приравнивает его к современному искусству.

Даже прежде, чем удовлетворить функциональные потребности, современные здания представляют очень точный образ, в диалоге между двумя дисциплинами все более используя особый язык искусства, который становится все более взаимодополняющим в общем взаимопроникновении.

В музеях нового поколения пространство, отделяющее архитектуру от произведения искусства (форму от содержимого), теперь отменено, и Guggenheim Bilbao, созданный Фрэнком Гери, воплощает эти радикальные изменения, являясь самым настоящим произведением искусства и туристической достопримечательностю, которое стало символом города.

Мягкие формы музея являются прекрасным примером деконструктивизма, архитектурного направления, вдохновенного работами русских конструктивистов 1920-х годов, которые впервые нарушили баланс классической композиции создавая новые геометрические характеристики.

Музей Гуггенхайма, Бильбао, Испания

 

Искусство выходит за рамки традиций, поддерживая новые способы обучения через Интернет, и сегодня возможно бесплатно и не выходя из дома посещать музеи, памятники и места археологических раскопок по всему миру.

Необходимость получить культурный опыт на 360° также приводит к созданию виртуальных туров по многим городам искусства, последний из которых стал доступным в Милане по случаю 500-летия со дня смерти Леонардо да Винчи.

Профиля и формы, характерные для искусства, не только проникли в архитектуру и дизайн, но, как мы уже говорили, также и в моду, создавая уникальные и оригинальные творческие пути и обмен идеями.

Достаточно взглянуть на подиумы последних лет, полные даней и ссылок на искусство не только в одежде, но и в сценографии, которое часто более близкое к художественному исполнению, чем к представлению сезонных коллекций.

Эффект «музея» часто сопровождает показы мод голландских стилистов Виктора и Рольфа, от дани почтения Ван Гогу в 2014 году до одежды, которая напоминала живопись действия в следующем году, но самой удивительной была коллекция, посвящённая Пикассо в 2016 году, когда они буквально превратили модели в живые скульптуры асимметричного монохромного вида, типичного для кубистских работ.

Виктор и Рольф, Oт-кутюр, весна-лето 2015

 

Виктор и Рольф, Oт-кутюр, осень-зима 2015-2016

 

Виктор и Рольф, Oт-кутюр, весна-лето 2016

 

Сам Пикассо внёс свой вклад в мир моды, создав пуговицу для Коко Шанель и разработав театральную одежду для представлений русского балета Дягилева – события, в котором он встретил свою будущую жену и музу Ольгу Хохлову.

Пабло Пикассо, пуговица, созданная для Коко Шанель, 1920 керамика и эмаль

 

Пабло Пикассо, Занавес для балета Массина «Парад», 1917

Холст, темпера, 1050 х 1640 см

Центр Помпиду, Париж, Франция

 

Пабло Пикассо, костюм китайского фокусника для балета Массина «Парад», 1917

Музей Виктории и Альберта, Департамент театра и перформанса, Лондон, Великобритания

 

Однако, Moschino решил дать жизнь самым известным работам испанского художника – от розового до голубого периода до кубистских абстракций – на показе мод весна-лето 2020, по меньшей мере, удивительно.

Модели Джереми Скотта – между гигантскими ремешками, позолоченными рамами и разложенными женскими профилями – были идеальными живыми произведениями искусства, олицетворением картин великого мастера.

Москино, весна-лето 2020

 

Выбор отдать дань уважения и быть вдохновлённым искусством касается не только текущих событий: в прошлом великие стилисты также брали известных художников и работ, как, например, в случае с Ивом Сен-Лораном в коллекции «Mondrian Look» 66-го года, которая включала геометрические узоры голландского художника, создавшего историю.

Ив Сен-Лоран, «Взгляд Мондриана», 1966

 

Около тридцати лет спустя Джанни Версаче почтил дань уважения Энди Уорхолу по случаю коллекции S/S 1991 года, предлагая знаменитые сериграфы Мэрилин Монро и других поп-икон, напечатанные на полихромных шёлковых платьях.

Джанни Версаче, весна-лето 1991

 

Wharol – с 62-го по 66-й – в свою очередь создал серию одежды, вдохновлённый своими собственными работами: «Хрупкий, обращайся осторожно» и «Суповая банка Кэмпбелла», чтобы выразить характерную для работ художника жёсткую критику в адрес общества. Ему также удаётся превратить женскую одежду в икону потребителя. В своём стиле искусство становится товаром, а одежда – искусством.

Энди Уорхол, «Суперплатье», «Брильо» и «Хрупкое, обращаться с осторожностью», 1962-66

Костюмы из бумаги, целлюлозы и хлопка

 

Связь между искусством и модой становится все более консолидированной, что выражается в частых партнёрствах и сотрудничестве между модными домами и современными художниками, занимающимися созданием отдельных изделий или капсульных коллекций: сегодня произведения искусства можно увидеть на обложках Vogue, в видеороликах рэперов, таких как Jay Z, на кроссовках Nike или сумках Louis Vuitton.

Так только дом моды группы LVMH Бернара Арно, который, как мы увидим, твёрдо привержен продвижению и поддержке искусства – благодаря креативному директору Марку Джейкобсу начал серию сотрудничества с различными художниками в конце 90-х, включая Синди Шерман, Яёи Кусама, Такаши Мураками и Ричарда Принса.

Сумки Monogram стали одними из самых знаковых и самых продаваемых модных аксессуаров десятилетия, настоящими произведениями искусства, которых можно носить, так, что на «Выставке художественного сотрудничества» только что завершегося в Беверли-Хиллзе отмечались 180 самых очаровательных моделей всех времён данной фирмы.

В свою очередь, коллекционер Марк Джейкобс недавно решил продать часть своей коллекции на аукционе Sotheby’s в Нью-Йорке в ноябре 2019 года: более 150 произведений, собранных за 20 лет, от мастеров импрессионизма до Энди Уорхола, включая Эда Руша, изюминки коллекции.

Яёи Кусама, монограмма сумочки для Луиса Виттона, «Бесконечная коллекция», 2012

 

Ричард Принс, сумка «Монограммные шутки» для Луиса Виттона, коллекция весна-лето 2008

 

Алекс Исраэль, сумка «ArtyCapucines» для Луиса Виттона, 2019

 

Там же во Франции, дом Celine часто отличался коллекциями, заимствованными из мира искусства, такими как линия S/S 2017, вдохновлённой знаменитыми антропометрическими представлениями Ива Кляйна.

Силуэты тел моделей запечатлены на белых платьях как на полотнах, в оттенке International Klein Blue, запатентованном французским художником.

В дополнение к этой прославленной дани, дом моды часто сотрудничает с современными художниками, и последним по порядку времени является Кристиан Марклей для коллекции S/S 2019, художник, который был вдохновлён миром музыки и комиксов для коллекции, которая подмигивает року.

Слева: Ив Кляйн во время перформанса; справа: Селин, весна-лето 2017

 

Кристиан Марклай для Селин, весна-лето 2019

 

Dior, в свою очередь, очень активно работающий в области искусства, недавно объявила о сотрудничестве с 11 женщинами-художниками для 3-го издания Dior Lady Art, коллекции, которая оставляет карт-бланш для реинтерпретации культовой сумки.

В этом году также выработана капсула Dior Men от Kaws, которая изменила дизайн исторического логотипа в форме пчелы, превратив его в остроумный мультфильм в стиле персонажей, населяющих его работы.

Не являясь новичком в экспериментах даже за пределами строго художественной сферы, Каус уже сотрудничал с Найком, когда Кени Вест разработал обложку альбома «808s & Heartbreak» и даже графику парфюма «Любовь к прекрасному полу» (Love for fairer sex) фирмы Comme Des Garçon в сотрудничество с музыкантом Фарреллом Уильямсом.

Это демонстрация того, что взаимное влияние между различными областями становятся все более глубоким и сложным.

Кит Харинг, кроссовки для Адидас

 

Альбом «Бархатный Метрополитен и Нико», 1967

 

Для Марни диалог между искусством и модой также является источником вдохновения. Салли Смарт, Рут Ван Бик и Дэвид Салл, Стефано Фаваро и Кристоф Жубер – некоторые из имён, связанных с итальянским домом, который недавно обратил внимание на тему устойчивости и окружающей среды, ключ понятия отчётливо виден в сценографии последнего шоу и в творчестве художников Шалва Никвашвили и Казума Нагаи в показе мод весна-лето 2020.

Иногда сотрудничество также возникает благодаря личной дружбе, как, например, в случае с Риккардо Тиши и Мариной Абрамович, которая 11 сентября 2015 года создала сценографию парада, чтобы отпраздновать 10-летие работы креативным директором Givenchy. Суровая обстановка между небоскрёбами Нью-Йорка, созданная из переработанных материалов, была метафорой восстановления на обломках в честь этой символической даты.

Марина Абрамович, подиум, созданный для Живанши, весна-лето 2016, Нью-Йорк, 2015

 

Когда искусство и жизнь переплетаются с уникальным опытом, предназначенным для создания истории, сегодня, как вчера: в 1930-х годах Эльза Скиапарелли перенесла сюрреалистическую поэтику на одежду и аксессуары благодаря своей личной дружбе с такими артистами, как Сальвадор Дали, Ман Рэй и Жан Кокто.

Из этих коллабораций родились такие знаковые вещи, как пальто с карманами в форме ящика, разработанное Дали, вдохновлённое работой «Венера Милосская с ящиками» 1936 года, знаменитым принтом лобстера, вышитом на одежде, или шляпой в форме перевёрнутой туфли (1933).

Сальвадор Дали, платье «Скелет», 1938

 

Другие творения Сальвадора Дали для Эльзы Скиапарелли

 

Другим актуальным примером сегодня является связь между венецианским художником Нико Вашеллари – партнёром Дельфины Фенди – и сотрудничеством с итальянским домом моды, для которого в этом году он играл с дуализмом добра-зла / света-темноты, создавая дорожку, превращённую в своего рода пещеру.

В 2018 году Фенди выступила спонсором инсталляции Вашеллари «Месть» в Maxxi в Риме, укрепив тем самым связь со столицей и миром искусства, который в 2015 году увеличился благодаря реставрации фонтана Треви и открытию в 2018 году Rhinoceros, последнего местонахождения Фонда Альда Фенди в историческом здании, отреставрированном Жаном Нувелем.

Великий дворец искусств сочетает в себе консервацию и инновацию, предлагая авангардную культурную лабораторию в районе, который до сегодняшнего дня не полностью использовал свой потенциал.

Как мы увидим позже, одно из многих преимуществ, принесённых фондами, заключается в том, что они начали процессы переустройства городов: в то время как в Милане Prada реабилитировала целый район – вслед за этим открылись ICA и многочисленные коммерческие мероприятия – в Риме Фонд Альда Фенди обратил внимание на одно из многих мест, забытых учреждениями.

 

Оттенки радуги искусства бесконечны: выберите свой любимый !

Диалог между искусством и дизайном

Истоки дизайна можно найти в промышленной революции и рождении механизированного производства, которое происходило с середины 18-го века до середины 19-го века.

Качественное и эстетическое различие между предметами, созданными промышленностью, и предметами ремесла почти сразу поставило проблему квалификации новых продуктов, основанных на новой эстетике, оставляя позади традиционные каноны.

Художником-архитектором был Антони Гауди, который смог уловить влияние искусства и воплотить его в архитектуру в очень личном стиле, включая стиль модерн в дизайн зданий.

После Первой мировой войны именно Баухауз положил начало более систематической теории дизайна и связал его с другими дисциплинами, такими как искусство, архитектура и технология производства, чтобы объединить художественные, эстетические, практичные и коммерческие интересы.

Инновационная школа, основанная в Германии в 1919 году Вальтером Гропиусом – 100-летний юбилей которого отмечался в апреле этого года, – представляла собой идеальное сочетание всех искусств, творческую кузницу, ставшую ориентиром для так называемого современного движения. Учителя, в том числе некоторые из величайших художников того времени, такие как Пол Клее, Василий Кандинский, Йозеф Альберс, Ласло Мохоли-Надь, приехали со всей Европы. Сильное влияние русского конструктивизма – родившегося в 1913 году и развившегося в последующие годы – на художественный опыт Веймарской республики и на Баухаус очевидно.

После роспуска школы и преследований нацистского режима в 1933 году многие деятели искусства привезли идеи, разработанные движением Баухауз, в Соединенные Штаты.

Стилистическое влияние школы продолжает оказывать влияние и на современное искусство, настолько, что в 2007 году китайский художник Ай Вейвей воздал должное конструктивизму, предложив переосмысление проекта «Башня Татлин» 1920-х годов, вдохновлённого Вавилонской башней: Скульптура Ай Вейвэя «Фонтан света» теперь хранится в новом Лувре в Абу-Даби.

В 1932 году в нью-йоркском MoMA открывается первый отдел музея архитектуры и дизайна.

Через несколько лет, в 1977 году, в Париже создаётся Центр Помпиду – многопрофильный культурный центр, который собирает произведения современного искусства, дизайна, архитектуры, фотографии, музыкальной деятельности, кинематографии и мультимедиа.

Всего неделю назад в Милане, в Триеннале открылся Музей дизайна, специализирующийся на итальянском дизайне с более чем 1600 экземплярами.

Как мы уже видели, хотя некоторые дизайнерские иконы проникли в дома тысяч людей, этого нельзя сказать об эксклюзивных и знаменитых монохромных столах, разработанных французским художником Ивом Кляйном в 1961 году, прозрачных плексигласовых структурах, содержащих любимое художником трио цветов – пурпурный розовый, золотой и синий, который носит его имя.

Пикассо распространил свою обширную художественную практику на керамику, которая, благодаря ему, стала в те годы признаваться настоящим искусством, а не просто ремеслом.

Другим примером художника, посвятившего себя этому материалу, является Лусио Фонтана, который сделал свои первые шаги в мастерской своего отца-декоратора-керамиста, посвятив себя разработке и изготовлению определённых компонентов мебели: его изумительные керамические камины до сих пор достигают очень высоких котировок на аукционе, даже если они относятся к периоду намного раньше, чем его исследования пространства.

Смесь различных дисциплин привлекала многих художников с разными методами и техниками: на пример, Ле Корбюзье, архитектора, художника, скульптора и дизайнера, которому в 2015 году была посвящена главная ретроспектива в Центре Помпиду по случаю 50-летия его кончины. Выставка также ознаменовала приверженность швейцарского архитектора к области классического искусства, и в музейных пространствах была подчёркнута полнота и обширность его художественного выражения известной мебелью, картинами, фотографиями, рисунками и архитектурными проектами.

Пит Мондриан, с другой стороны, черпал вдохновение из нью-йоркской архитектуры для создания своих знаменитых линейных композиций, которые для непосвящённых представляют собой настоящие карты Нью-Йорка и его небоскрёбов.

Взаимопроникновение функциональности и красоты, дизайна и вдохновения подпитывают и влияют друг на друга также в случае Memphis Group, итальянского коллектива дизайна и архитектуры, родившегося в Милане и действующего в период с 1981 по 1987 год, основанного Этторе Соттсасс.

Использованием ярких цветов и геометрических форм в гармонии с поп-культурой того времени создаются предметы, которые прославляют массовую культуру. Яркие цвета и вкус типографской техники рекламы и комиксов с восстановлением типичного пунтинато – основа их легко узнаваемого стилистического знака в паре с поп-артом.

В последние годы появилось много дизайнеров, которые сделали границу между современным искусством, дизайном и архитектурой ещё более хрупкой: один из них Рон Арад. Более 25 лет он перемещался между различными дисциплинами, создавая объекты на грани между дизайном и скульптурой. Его литейные работы, выпущенные ограниченным тиражом, такие как кресло Big Easy или кресло-качалка Voido, стали манифестом его поэтики, направленной на преодоление простой функциональности.

Другим примером дизайна, который становится искусством, является студия Les Lalanne,  основанная французской парой Клодом Лаланном (которого не стало в эти дни) и Франсуа-Ксавье Лаланн, которые часто черпают из цветочных форм ар-нуво и сказочного аспекта сюрреализма для своих творений.

Они показали нам волшебную сторону природы и животного мира поэтическим и ироничным языком, способным общаться со всеми, преодолевая иерархию между искусством, скульптурой и функциональностью.

Среди их коллекционеров выделяются Ив Сен-Лоран, Карл Лагерфельд, Марк Джейкобс и Том Форд; Лаланны были предметом многих ретроспектив, и их работы можно найти в музейных коллекциях по всему миру.

Часто случалось обратное, а именно художники, которые сотрудничали с коммерческими компаниями, создавали ограниченные издания от коллекционеров. Одним из них является Джефф Кунс, который создал ограниченный тираж – всего 650 экземпляров – для знаменитой марки шампанского Dom Pérignon, которая повторяет работу Balloon Venus.

Даже «нормальный» ресторан может стать художественным опытом, в данном случае лондонский ресторан разработан Дэмиеном Херстом и называется «Аптека», как и собрание некоторых его работ.

Однако в отеле Palms Casino Resort в Лас-Вегасе поклонники молодых британских художников могут отдохнуть среди самых известных работ Херста в номере «Empathy Suite» отеля.

Что касается более экономичного решения для желающих приобрести работу великого имени в современном искусстве, могут обратиться к домашней линии, разработанной Маурицио Каттеланом для туалетной бумаги в сотрудничестве с Seletti.

Тем не менее, Миланская неделя дизайна с её тысячами инсталляций и предложений способствует переосмыслению отношений между искусством и дизайном, которые больше не рассматриваются как отдельные категории, а как объект непрерывной эволюции.